Писатель

Елена Пыльцова

Персональный сайт

Зарегистрироваться Другая палитра

А чья-то старость - такая гнусь

603
02/10/11
Рубрика В копилку житейской мудрости

             

Команда из семи успешных молодых сотрудников института железнодорожного транспорта ехала на канашский вагоноремонтный завод отслеживать строящиеся железнодорожные цистерны.
Загрузились на казанском вокзале в купейный вагон. Четверо в одном купе, трое - в другом. Те, которые втроём, ожидали четвёртого пассажира.
Им оказался благообразный старичок, крепкий, весь седой, с цепким взглядом.
Вика, будучи единственной особой женского пола в этом десанте успокоилась, проникшись доверием с симпатичному пенсионеру.
Тимур умолял её разрешить поехать в одном купе, и при таком раскладе она согласилась, понимая что при пожилом человеке её новый друг не сможет позволить себе ничего лишнего, хулиганничать не будет.
Жорик был в их купе четвёртым. Это был погруженный в свои науки ботаник. Он обожал огурцы, прихватил с собой в дорогу целую сумку и постоянно всем надоедал, предлагая пожевать.

Тронулись днём. Успели сходить закусить в вагон-ресторан, а вечерком предложидли пенсионеру попить чаю в купе, поговорить о том о сём.
Расспросы начала Виктория:
- А как вас зовут?
- Виктор Венедиктович. А вас?
- Меня Вика. Это Тимур. Это Жорик. А в соседнем купе Никита, Олег и Николай.
- Хорошо. Большой компанией едете. Не будет скучно.
- Да. У нас дружный коллектив, - сказал Жорик, снова угощая всех огурцами.
- А вы куда едете, Виктор Венедиктович?
- В деревню, рядом с Канашом. У меня там сестра живёт. Проведать еду.
- Тоже старенькая наверное, - Тимур задавал вопрос, открывая банку своей любимой скумбрии.
- Тимур, ты чего? - Вика дернула молодого человека за рубаху. - Почему старенькая. Виктор Венедиктович ведь   совсем не старенький, а просто пожилой.
- Да, да, извините меня, - Тимур слегка покраснел, но продолжил разговор, стараясь не замечать своего смущения. Вот уж ляпнул!    
- Да ничего. Вы меня не обидели.

Тимур благодарно улыбнулся пенсионеру, типа спасибо за поддержку. Ему так хотелось во всем выглядеть перед Викой молодцом.
- Она действительно старая и ужасно противная. Именно поэтому я её не забрал в Москву. Хотя возможность и была.
- Ой! А я бы забрал,- заворочался Жорик, не прекращая жевать. - Хорошо, когда все рядом. Помочь близким можно. Вот мы бабушку привезли из Краснодара. А уж как она упиралась! Всё попрекала нас, что отрываем её от грядок, и помидоры закручивать, как она, никто не может. Но ничего. Там всё время болела. А у нас поправилась. Гулять ходит. Мы в Бутово живём. Там хорошо.

- Ничего хорошего там нет! - Виктор Венедиктович рассмеялся.
- Почему ничего хорошего нет? - Жорик очень удивился словам пожилого господина.
- Да чего там хорошего-то! Даль такая. На трёх видах транспорта ехать надо, чтобы в центр попасть.
- Так ведь не каждый день в центр-то нужно, - Жорик отвлёкся от компьютера и внимательно посмотрел на Виктора Венедиктовича, понимая, что лёгкой беседы с этим попутчиком не получится. 

- Да что вы вообще понимаете! - снисходительно посмотрел тот на молодого человека. Что вы вообще видели в этой жизни?
Он хотел было продолжить своё выступление, но Жорик его перебил:
- А вы что видели? 

Виктор Венедиктович развалился на своём диване, раскинул руки в сторону, да так, что Вика, сидевшая на его койке, подпрыгнула и пересела к Жорику и Тимуру.

- Я видел много!.. Перебрался в Москву совсем мальчишкой. Заканчивал рабочую школу, поступил в институт, окончил его, работал в Москве и за границей, учил по-всякому вот таких бестолковых, как вы. Диссертации две себе купил, чтобы не утруждаться. Жил потом центре, около телеграфа. Сейчас живу напротив в доме, где "Ив Роше". Вы хоть знаете, что это такое? У вас же всё одни компьютеры ваши дурацкие на уме. Вы же даже бабу трахнуть, как следует не можете. Вам бы только с мышкой на какой-нибудь порно сайт сбегать повеселиться.

Он гнусно ухмылялся, поглядывая на Тимура и Вику.

- Ну вы даёте, - Тимур тоже развёл руками, но получилось так, что он своим жестом загораживал своих друзей от волны негатива, поступавшей от попутчика.
- Диссертации купили, походя всех обс...те. Недаром такое имя у вас трудное.
- Что надо, то и даю. А что ты мне можешь возразить, великий Тимур?
- Во-первых я не великий. Во-вторых диссертации мы сами пишем и трахаться тоже умеем. Но при Вике я эту тему обсуждать не буду.

- Да отчего же? - Вика встала, взяла Жорика за руку. - Мы с Жориком пойдём. Нам ещё с ребятами обсудить нужно план работы на завтра.
- Я вас догоню. Мне в этих перговорах тоже поучаствовать нужно. А то нарешаете там без меня.
Тимур помог ребятам выйти из купе. Сам уселся напротив наглого дедули.

Несколько минут они мерялись взглядами.
Первым начал Тимур:
- А что это вы, Виктор Венедиктович, как разоткровенничались при женщинах.
- Это я ещё не разоткровенничался. Это так, только частично вас в курс дела ввёл.
- Могу себе представить, что будет, если вы по-настоящему разоткровенничаетесь!
- Да уж! Не чета вам соплякам! Ты вот бабу эту, Вику, хочешь ведь, правильно?
- Вообще-то я её люблю.
- Ох-хо-хо! Люблю! - гнустная ухмылка теперь засела намертво на перекосившемся от удовольствия устроенного демарша лице Виктора Венедиктовича. - Знаем мы всё про эту любовь. Вот пока ты тут со мной дебаты устраиваешь, она там с твоими друзьями и трахается.

Усилием воли Тимур сдержался, только сильно покраснел:
- Что вы такое говорите?
- Во-во, именно. Красный весь стал. Волнуешься. Чуешь, что я правду говорю. Ты вот! Вместо того, чтобы доказывать мне, какие вы все хорошие и умные, зазвал бы её сюда, да и трахнул, пока я погулять пойду. Не обещаю конечно, что уйду далеко. Может и войду невовремя. Очень хочется подглядеть, какие у неё сиськи. Так что ты в обиду не впадай. Давай, действуй! Я сейчас соберусь быстренько. 

- Да вы не спешите. Не надо вам никуда уходить. Советы оставтьте свои при себе. Мне они не нужны. Я так понимаю, что вам лучше одному ехать. На здоровье!
- Не слушаешь старика. Кто ещё вас правде научит? Так и будешь за ней до второго пришествия бегать? Разобрался бы с ней сегодня тут в купе, а в командировке, слышь, ещё бы себе паву на время подъискал. 

Тимур собрал вещи своей команды и, открыв дверь купе, неожиданно для себя выпалил:
- Чтоб ты сдох, пенсионер вонючий!

Виктор Венедиктович вдруг резко подскочил и пока Тимур просачивался в купе, собравшим всех его друзей, начал орать на весь вагон:
- Ишь ты! Какие хамы тут ездют! Так и норовят пожилого человеа оскорбить. Как им только билеты продают на общественный транспорт. Куда только наша партия смотрит?!

Из своего купе в начале вагона выглянул всем известный проводник Мамедыч. Никто не знал толком, как его зовут. Мамедыч, да и всё тут.
- Слышь, заткнись совсем, а? Заступаться за тебя я не буду. Уже который раз порядок в моём вагоне нарушаешь. В прошлый раз ехал, попутчики всю ночь в тамбуре просидели, замёрзли, но не пошли в купе. Каждый нормальный побрезгует с тобой ехать. Вот и совсем молодым ребятам настроение испортил.
Попался бы на тебя в дороге такой же хам. Тогда сам бы в тамбуре околачивался. 

- Это не я в тамбуре, а ты бы мне свою койку уступил бы, дуболом проклятый.
Мамедыч с отвращением взглянул на Виктора Венедиктовича и громко сказал:
- Откусит тебе шайтан твой язык, себе заберёт. Так и знай.

Пенсионер резко развернулся и попёрся в соседнее купе, куда набились все молодые сотрудники московского НИИ. Резко распахнул дверь и завопил:
- А вам тут не тесно?
Сидевший ближе всех к двери Николай поднялся грубо и спросил толстым голосом:
- А тебе чего тут надо?
- А... вы уже в курсе, какие советики я вашему боссу понадовал, - пропищал соседушка, гнусно поглядывая на Вику.
- Слышь ты, малохольный, двигай отсюда. Я не посмотрю, что у тебя склероз, вмажу как следует, долго лечиться будешь! 

Рядом с Николаем встал Тимур, сзади Никита, Олег, Жорик. Они плотной стеной закрыли Вику.
- Ребята, да ладно! Оставьте его!
- Ну уж нет! - Николай двинулся вперёд.

Под ненавидящим взглядом наступавших на него молодых людей, Виктор Венедиктович засуетился, задёргался, вытянул ручки вдоль туловища, сгорбился и заверещал:
- Что же вы как бедного пожилого человека обижаете, сволочи!? 

Из соседних купе начали высовываться люди в недоумении. Кто-то пытался вступиться за "бедного пожилого человека".

Но тут появился Мамедыч со стаканами чая в руках. Он что-то быстро говорил своим пассажирам, вручал им по стакану чая и закрывал двери в купе, продивигаясь всё ближе к основному полю сражения.

Гнусный Виктор Венедиктович увидел, что все против него. Не нашлось ему в этой поездке настоящего попутчика.
Он плюнул под ноги Мамедычу, Николаю с Тимуром и ретироваля в своё осовободившееся купе.

Проводник отдал оставшийся стакан чая Вике, пообещал принести другим, похвалил ребят за то, как единым фронтом они двинулись на железнодорожного хама и сказал:
- Вот вам, ребятки, какие старики на свете есть. Точно вам могу сказать, что чья-то старость — такая гнусь.




Добавить комментарий



Elena Pyltsova
26 октября / 0:13

ответить
Раиса, спасибо большое, исправлю ошибку. И спасибо Вам за отзыв!)
Раиса
25 октября / 21:42

ответить
Умоляю, не делайте грамматических ошибок: подЫскать, но не подЪискать. А зарисовка хороша, пошлятины всегда было довольно и особенно мерзко она звучит из уст пожилых людей, бррр. Очень не хотелось бы стать такой же старой дрянью. С уважением, Ваш читатель
Закрыть

Добавить комментарий к посту

Чтобы оставить комментарий, .