Писатель

Елена Пыльцова

Персональный сайт

Зарегистрироваться Другая палитра
Рубрики

Испанская лестница

171
17/04/11
Рубрика Зарисовки

8370029917_83d2f4a308_c.jpg


Одного боишься - это встречаться с русскими за границей.
Лев Толстой, “Анна Каренина”, Часть вторая, стр 268.

Я очень люблю Рим. В свой самый первый приезд в Вечный город, по-моему это было в середине девяностых, мы жили на площади Барберини в отеле с одноименным названием. Окна наших номеров выходили на площадь, и каждое утро звонкий шум итальянской столицы врывался в отрихтованные горничными номера. Меня поразил тогда удивительный градус уличной необычности. Казалось бы, полным-полно машин, толпы людей уже с утра наводняют улицы, а воздухе - звенящая свежесть.
Конечно, это Вечный Город, и в нём должно происходить что-то особенное... Но воздух! Воздух здесь при чем? Ну вот, наверное, в нём-то всё и дело. Ведь, благодаря его божественному составу и наполнению окружающих пространств, уже сотни лет стоят остатки древного Колизея, с которого семья Барберини приказала оторвать весь мрамор, чтобы украсить им свои дворцы и покои.
Много лет туристы бороздят просторы старого города и бросают монетки в фонтан Треви, чтобы снова и снова вернуться в его акваторию.


Fontana_di_Trevi_a_Roma.jpg


И точно так, чтобы почувствовать удивительное единение друг с другом и зафиксировать в себе воспоминания о месте на земле, где пространство сливается со временем, просиживают часами на Испанской лестнице в самом центре Рима.
Сейчас мне уже не нужно селиться в пятизвёздных махинах «центра светской жизни» Рима Виа Витторио-Венето (Via Vittorio-Veneto), и я с великой радостью заказываю номер в двух шагах от испанской лестницы на Виа Маргутта (Via Margutta). Обтоптать всё окружающее Испанкую лестницу пространство доставляет большое удовольствие — кругом толпы разношерстного народа, который занят и походом по магазинам и магазинчикам, встречами с друзьями в кафе и уличных ресторанах, а также своими секретными делами, о которых никому ничего не должно быть известно.




В один из вечеров нашего недельного пребывания в Риме, мы зашли поужинать в «Гиджи» («Giggi»), что на углу Piazza di Spagna (Площади Испании) и Via della Carrozze (как перевести — не знаю). Почти все столики были заняты, и нам достался «проходной вариант» - столик в самом проходе, справа от которого за кадкой с какими-то цветочками на длинной ножной подставке было выставлено меню для обозрения желающих подкрепиться.
Мы быстро договорились с доброжелательным официантом Davide (Давиде), который был родом из Венеции, и, спустя какое-то время, приступили к трапезе. Паста с артишоками и скампи на гриле — мечта голодного римского странника. Когда в тарелке с салатом, естественно замедлявшим потребление этих длиннющих креветок, оставалось два кусочка помидора с прилипшей к ним рукколой, к подставке с раскрытым уличным, меню подошел высокий необычайно ухоженный господин, который поприветствовал нас, сидящих прямо около прохода, посетителей ресторана. Мы любезно откликнулись. Он тайком заглянул нам в тарелки и спросил, как мы сегодня поужинали. Улыбнувшись нашему довольному гулу, попросил у хозяйки, появившейся в дверях заведения, разрешения сесть рядом с нами за второй «проходной столик». Тот оставался свободным. Заказал пасту с артишоками и тарелку отварной брокколи.
Мы разговорились. Болтали о такой чудесной погоде в Риме в апреле — плюс двадцать три с желанием приподняться до двадцати шести градусов. Говорили о том, как станет жарко буквально через месяц, что апрель — прекрасное время для того, чтобы походить по римским улицам. А в Москве в апреле только начинают ждать тепло, которое развернётся Дай Бог! к июню. Хотя, бывают разные чудеса. Может и в мае установиться хорошая погода, но в этом году мы на такие приятные сюрпризы не рассчитываем. Наш сосед по столику рассказывал, что он сам родом из Тичино, и, работая в Риме, тоже страдает от жары, забиваясь с июня по конец августа под офисный кондиционер и стараясь лишний раз не высовывать нос на раскалённые улицы Вечного города. Мы говорили о ценах на помидоры, о том, что в разных закусочных по-разному относятся к туристам, могут и оливковое масло подать не самое лучшее — всё равно все всё съедят. Хвалили опробованную нами кухню и грозились прийти на следующий день за таким же вкусным ужином.
Когда вечер уже совсем накрыл улицы нашего любимого центра, мы засобиралсиь домой. И в знак удивительно-состоявшегося расположения пригласили друг-друга в гости, обменявшись визитками. Простились, договорившись держать друг-друга в курсе возможных визитов нашего собеседника в Россию, и нас — в Рим.
Каково же было наше удивление, когда, решивши поподробнее разобраться с написанным в визитке Роберто, мы обнаружили, что он является директором Дома «Cartier» («Картье») в Риме.
Вы можете себе представить, как мог бы беседовать с Вами директор московского брендового бутика, или чванливый соотетчественник, сколько-то лет назад поселившийся в этих краях?
Мы два часа проговорили обо всем, о чем можно было с удовольствием поговорить совершенно незнакомым людям, встретившимся за ужином в уличном итальянском трактире.
И тогда я подумала, что меня тошнит от некоторых напыщенных, наглых, раздувающихся, как красные осьминоги от непомерной гордости, что выехали или поселились в другой стране, наших соотечественников. До чего натужным бывает их выпячивание своих исключительных достоинств от того, что по их мнению, вовремя смылись из России.

Очень хочется встретить случайно за столом чужеземного ресторана доброжелательных и воспитанных, которые не будут в своей распальцовке брызгать супом и соусом в разные стороны, но спокойно и достойно, не представляясь эмигрантами из «Польши», смогут сказать, что они русские и этим гордятся.
P.S. Кстати! Сидящим на испанской лестнице, запрещено есть.))

Добавить комментарий



Закрыть

Добавить комментарий к посту

Чтобы оставить комментарий, .